16.04.15

ТРОИС – оружие против параллельных экспортёров

Наша таможня богата разными инструментами защиты прав и законных интересов граждан, организаций, участников ВЭД. Жаль только, что порой эти инструменты становятся оружием против тех, чьи права и законные интересы должны защищаться. Одним из таких инструментов является всем давно известный ТРОИС – Таможенный реестр объектов интеллектуальной собственности.

Схема работы с ТРОИС довольно проста: ФТС по заявлению правообладателя, считающего, что могут быть нарушены его права интеллектуальной собственности при перемещении товаров через таможенную границу, вносит объект интеллектуальной собственности в реестр. Таможенный инспектор, выявивший, что заявленный к декларированию товар содержит внесённый в ТРОИС объект интеллектуальной собственности (товарный знак, например), вправе приостановить выпуск такого товара на 10 рабочих дней с целью проверки соблюдения прав правообладателя. Заметьте: вправе, а не обязан. Согласно прямому требованию ТК ТС, приостанавливать таможенные органы могут не все соответствующие такому условию товары, а только в том случае, если обнаружены признаки нарушения прав интеллектуальной собственности. Теоретически, если таможенник невооружённым взглядом профессионала видит, что права интеллектуальной собственности на объект, внесённый в ТРОИС, не нарушены, или может в оперативном порядке это подтвердить, то выпуску быть и без приостановления. Но всё это было бы так просто, если бы не конкретные и частые истории импортёров и экспортёров, сетующих на «картельный» сговор таможни и правообладателей. Увы, фактически таможенники порой предпочитает примкнуть к стану правообладателя, забыв, что права и интересы участников ВЭД они должны соблюдать ничуть не менее заботливо и осмотрительно в силу занимаемой должности государственного служащего. И вот одна из историй, связанных с применением ТРОИС, вышла за рамки даже привычных для нас случаев.

Некое общество приобрело в Санкт-Петербурге у официального дистрибьютора зарубежной компании-правообладателя товар, ранее законно ввезённый и растаможенный, чтобы затем этот товар вывезти за пределы таможенной территории Таможенного союза. Для этого наш экспортёр подаёт в одну из таможен Петербурга экспортную декларацию, а также все документы, подтверждающие как законность приобретения товара, так и статус продавца как официального представителя правообладателя на территории РФ. Однако при подаче декларации инспектор таможенного поста заявил, что товарный знак, которым маркирован товар, отныне внесён в ТРОИС, а значит, его выпуск будет приостановлен, если экспортёр не представит разрешение на вывоз правообладателя или представителя правообладателя.

Законопослушный экспортёр попытался обратить внимание таможни на такую мелочь, как статья 1487 Гражданского кодекса под названием «Исчерпание исключительного права на товарный знак», которая гласит буквально следующее: «не является нарушением исключительного права на товарный знак использование этого товарного знака другими лицами в отношении товаров, которые были введены в гражданский оборот на территории Российской Федерации непосредственно правообладателем или с его согласия». Но разве что-то значит Гражданский кодекс по сравнению с позицией таможни…

Нам сложно предположить, что именно каждый из таможенников, считающий себя экспертом по 4 части ГК, понимает под словосочетанием «гражданский оборот» в привязке к исчерпанию права, однако если даже оригинальный-реализованный-ввезённый-растаможенный на территории РФ товар всё ещё не приводит к исчерпанию прав правообладателя, то абсолютно неясно, что же тогда к нему вообще приводит. Зато очень даже ясно, что подобное потакание со стороны таможенных органов приводит к бескрайнему властвованию правообладателя, в том числе, в лице его представителя, над юридической судьбой товара, чьей бы имущественной собственностью он уже ни являлся, вопреки нормам международного и национального права. Тем не менее, рассказавший нам эту историю экспортёр поехал в столицу кланяться в ноги представителю правообладателя, чтобы не застрять на таможне на веки вечные, и принёс-таки в таможню письмо от правообладателя. К слову сказать, подобные писемки-разрешения представители правообладателей дают не всем и не всегда безвозмездно. Но здесь, правда, стоит отдать должное таможне: она великодушно согласилась в случае будущих аналогичных поставок сама каждый раз отзваниваться представителю правообладателя, указанному в соответствующем письме ФТС, и испрашивать позволения на экспорт оригинальных товаров, ввезённых в оборот. Возникает вопрос: а если в один прекрасный момент настроения у правообладателя поменяются не в пользу экспортёра?

Чтобы заранее ответить на этот вопрос, ПРОВЭД обратилось в пресс-службы ЕЭК и ФТС за разъяснениями, допускает ли Таможенный кодекс Таможенного союза применение мер, связанных с приостановлением выпуска, в отношении оригинальных товаров, введённых в гражданский оборот на территории ЕАЭС самим правообладателем или с его согласия, помещённых затем под таможенную процедуру экспорта третьим лицом – приобретателем таких товаров.

Заместитель директора Департамента развития предпринимательской деятельности ЕЭК Самат Алиев подтвердил ПРОВЭД, что согласно законодательству ЕАЭС в отношении товаров, которые были правомерно введены в гражданский оборот на территории любого из государств-членов Союза непосредственно правообладателем товарного знака или другими лицами с его согласия, исключительные права считаются полностью исчерпанными. Ответ же ФТС заключался в том, что таможенные органы уполномочены применять соответствующие меры в случае выявления товаров, обозначенных товарными знаками правообладателя, помещенных под процедуру экспорта, если они содержат признаки контрафакта (подделки). То есть ФТС, по сути, подтвердила, что в нашем случае единственное основание для таможни приостановить выпуск товаров – это выявить признаки подделки. При этом правда, таможенное ведомство обратило внимание на то, что «не располагает информацией о конкретных случаях требований таможенными органами разрешений от правообладателей на вывоз из Российской Федерации оригинальной продукции, приобретенной у официальных дистрибьюторов».

Ну что же, на наш взгляд, ответы вполне исчерпывающие, а у ФТС теперь есть повод обратить своё внимание на самовольное и не единообразное толкование подчинёнными таможенными органами гражданского и таможенного законодательства в части применения Таможенного реестра объектов интеллектуальной собственности.

ПРОВЭД